plotiniana_tuga (plotiniana_tuga) wrote,
plotiniana_tuga
plotiniana_tuga

Хайдеггер об идеях/логосах

 

Идеи--нечто, ставшее сегодня уже давно подозрительным и ещё вызывающим интерес лишь в болтовне об "идеологии". Ιδεα--то, что себя даёт и существует для ιδειν (вИдения) и в нём; ему соответствует увиденное, узренное. Что это, однако, за вИдение, в котором мы получаем для созерцания идею? Ведь, разумеется, очевидно, что им не м.б. вИдение нашими телесными глазами; т.к. ими мы видим именно сущеее, которое Платон образно обозначает как тени. Идея д.б. чем-то иным, нежели сущее.

            Не будем, однако, торопиться. Видим ли мы своими телесными глазами сущее, существующее?  Несомненно! Я ведь вижу эту книгу. И когда кто-то, незнакомый с этим залом, ищет выход, мы говорим ему: "видите, здесь дверь",  и он "видит" дверь. Чем видит он дверь? Что за вопрос... Естественно, глазами. Не ушами же.

            Глазами? Давайте попробуем! Попытаемся увидеть "глазами" вот эту книгу. Но нам ведь не нужно это даже  пробовать--мы её видим уже! Что надо нам здесь сперва ещё попробовать? Я вижу эту книгу--это проще простого.

            Видим ли мы глазами книгу? Что видим мы глазами? Это проявится определеннее, если мы поставим, наряду с этим, вопрос о том, что мы слышим ушами. В обоих случаях, вИдения и слышания, мы держимся [установки на] внимание чему-то, воспринимание чего-то, что нам себя предлагает. Мы слышим звуки, шумы; видим цветА, цветное. Далее, мы видим раскалённость, сверкание, блеск, сияние, видим освещение, ясность, тьму. Разумеется. Но мы, всё же, видим больше: напр., форму (Gestalt) этой кафедры, этой двери. Мы, стало быть, видим глазами пространственные формы (фигуры).

            Однако здесь мы должны уже спросить, является ли пространственная форма чем-то специфически видимым, только ли как видимое мы можем её встретить. Очевидно нет, т.к.  пространственные формы, напр., [формы] поверхности этой кафедры, мы можем воспринять (vernehmen) осязанием (наощупь).  Никакой цвет, напротив,  отличить от другого цвета я не могу сколь угодно тонким осязанием. Сияние и свечение, разумеется, осязать мы никогда не можем. Протяженное можем и осязать; равно как и движение можем не только видеть, но и слышать: напр., приближение и удаление автомобиля. Движение и самодвижное не является специфически видимым. В любом случае вИдение глазами даёт цвет и свет: нечто видимое, что доступно только взгляду, что мы ощущаем здесь. Видеть зрением значит зрительно ощущать.  Мы называем такое восприятие цвета цветоощущением.

            Мы снова спрашиваем: видим мы глазами, т.е., с учетом вышесказанного, ощущаем мы книгу? То, что нам глаз [посредством себя] преподносит, сообщая как ощущаемое--это красно-коричневая обложка, серо-белый обрез, черная надпись. Это как? Ощущаем мы вот эту обложку, обрез, надпись глазами? Налицо ли—наряду с ощущением красного--ощущение обложки? Нет. Глазами мы ощущаем только красно-коричневое, серо-белое, черное, и т.д., но не книгу. Книга столь же мало позволяет себя слышать и обонять, как "видеть". И всё же  мы совершенно естественно говорим: "мы видим книгу". Ясно, что видеть и видеть значит не одно и то же. Точнее, вИдение--это восприятие глазами, "посредством" глаз; но выражение "посредством глаз" двусмысленно. Оно может значить, во-первых, что глаза—и есть то, что видит и преподносит видимое. При таком понимании мы вообще не можем сказать: "глаза видят цвет", но, говоря строго: "посредством глаз"--в том смысле, что они содействуют. Так мы приходим ко второму значению: с помощью глаз, через и сквозь них, воспринимать и так-- "видеть" (напр., книгу).

            В строгом смысле, глаз цвет ещё не ощущает; даже для ощущения глаз--лишь орган, встроенный в способность ощущения, но ей не тождественный. Как орудие, глаз вообще ничего, строго говоря, не видит; [видит] разве что  способность зрения--с помощью глаз. И "видит" она, путём ощущения, цветА, но никогда ничего такого, как "книга"; и только через и сквозь [эту способность], опять-таки, мы "видим" книгу.  Однако теперь "вИдение" означает такое восприятие чего-либо, в котором чувство зрения, но не оно одно, участвует--и даже не в качестве собственно воспринимающего. Говоря " видим книгу", мы употребляем [слово] "видеть" в значении, подразумевающем что-то ещё, сверх восприятия предмета посредством чувства зрения с помощью глаз. Сколь бы острыми и высокоразвитыми орудиями вИдения мы ни обладали, каким бы преобладающим и превосходным ни было наше чувство зрения, мы ни за что не увидим посредством чувства зрения книгу. Мы бы никогда не видели ничего такого, как книга, если бы не... да, если бы [заранее] уже не были способны видеть в более широком и исконном смысле. Это "вИдение" включает, во всяком случае, понимание того, что есть [налицо], что [нас] встречает: книга, дверь, дом, дерево. Мы видим по вещи, что это--книга. Это вИдение-по... усматривает тот вид, который встречающее имеет: книга, стол, дверь.  Мы по встречающему  [нас] видим, как оно выглядит,--чем является. Мы видим его чтойность (Was-sein). Теперь "вИдение"--некое восприятие; хотя и чего-то (а именно, вот этого как книги), но уже не посредстом глаз и чувства зрения; зрение, чье зрелище не содержит ничего цветного, ни в коем случае не доступно посредством всего лишь какого-то сочетания цветов, не содержит вообще ничего чувственного; и всё же при этом мы видим (воспринимаем)--в том смысле, что состоим в отношения к чему-то, что нам себя предлагает и предоставляет.

            Если мы так естественно говорим "мы видим книгу", мы уже [заведомо]  употребляем [слово] "видеть" в значении для нас вполне само собой разумеющемся и привычном,--ставящем нас в тупик, только если обращают на него наше внимание. Именно это сделал Платон своим открытием т.н. "идей". Идея, какой он её обнаружил, не был чем-то, до чего он додумался в некой экзальтированной спекуляции, но тем, что всякий, если он состоит в отношении к сущему, видит и схватывает. Платон лишь указал на это с неслыханной силой и уверенностью. Ведь то, что мы [перед собой] видим, некая "книга", есть явно иное нечто, нежели "черное", "твердое", "мягкое", и т.д. В этом вИдении увиденное есть [определенная] ιδεα, ειδος. "Идея"--это, стало быть, вид того, в качестве чего существуя, предлагает себя нечто. Эти виды суть то, в чём единичная вещь преподносит себя в качестве того-то и того-то--имеется налицо, является присутствующей. Присутствие называется у греков παρουσια или, сокращённо, ουσια; и присутствовать значит для греков быть. Нечто есть--значит, оно присутствует, или лучше [сказать]--существует при [нас], в настоящем. Вид, ιδεα, даёт, стало быть, то, в качестве чего вещь присутствует, [чем она является,] что она есть,--её бытие.

 <...>

Видение идеи, т.е. понимание чтойности и в-качестве-чегойности (Was- und Wie-seins), короче--бытия, только и позволяет нам  вообще узнать сущее как то или иное сущее, каковым оно является. Телесными глазами мы сущее никогда не видим, --разве только [заранее] уже  при этом видим "идею".  Узники в пещере видят только сущее (тени)  и мнят, что имеется только сущее; они ничего не знают о бытии, о понимании бытия. Поэтому им надо быть прочь от сущего,--от того,  что для них единственно является сущим, от теней,--у- и вы-веденными наверх, вовне пещеры.  Им надо совершить подъём; оставить нижнее, даже огонь в пещере (действительное солнце, само, конечно, являющееся, лишь образом какого-то сущего), подняться к ясности дня, на свет, к "идеям". Но какое отношение имеет идея и существо идеи к свету? Здесь мы подходим, собственно, к нашему первому вопросу.

<...>

"Свет"--что это?  И указанием на что является этот чувственный образ [в притче Платона]? <...>

Со светом мы попадаем в область вИдения, видимого. Видимы в смысле ощутимости глазами для нас и цветА, и блеск,  и свет, и тьма. Однако чем они--свет и тьма--являются? Ведь не какой-то вещью, как и ни каким-либо свойством какой-то вещи. Свет ведь не схватить, он так же почти непостижим, как ничто или пустое.

            Но ведь даёт же ответ физическая теория света: корпускулярная теория Ньютона, волновая теория Гюйгенса, электромагнитная теория Фарадея! Так, однако, свет схватывают, конечно, уже не в его отношении (Bezug) ко взгляду (нашему непосредственному отношению [Verhalten] глядения), но как просто один из многих естественных процессов,--"правильно", и, тем не менее, неверно (unwahr), поскольку фактам отведена совершенно несоразмерная им сфера.

Но приглядимся! Можно ли свет и тьму поставить в один ряд с цветом и блеском, как ещё [нечто] такое, что мы также  ощущаем зрением? Или [нет]? Это мы легко выясним, если закроем глаза (во сне), а затем опять откроем: первым [делом], прежде, чем мы видим щветное и блестящее, мы устанавливаем, светло или темно. Ведь мы не могли бы видеть цветное и блеск, если бы мы всегда уже [заранее] не видели свет и тьму. Их видим мы "первым [делом]",--не обязательно в смысле, что мы нечто такое схватываем как таковое, обращая собственно на это внимание, но в  смысле--"в первую очередь": в том, что светлость и тьма должны быть увидены заранее для того, чтобы были увидены цветное и блестящее. В пределах видимого свет и тьма стоят не в одном ряду с цветом и блеском, но первенствуют, будучи условиями возможности ощущать видимое в более узком смысле (цвет и тому подобное).

<...>

Свет--<...>то, сквозь-что; что позволяет проникнуть, [причём]--именно вИдению и взгляду. Светлое--значит, прозрачное, то есть.--расступающееся, открывающее, пропускающе сквозь. Существо света--прозрачность.

            Но эта характеристика, как тут же оказывается, недостаточна. Надо различить, для начала, в какой мере прозрачно, напр., оконное стекло, или даже стекло окрашенное, и в какой--свет. Выделение обоих способов пропускания-сквозь ещё (и существенно) точнее определит существо света как пропускающего.

            Прозрачным (Durchsichtig) мы называем и стекло, даже если оно окрашено, оконное стекло или воду, и возникает вопрос: свет--так же [прозрачен]? В обоих [случаях] нечто прозрачно в одиноковом смысле?  Явно нет, и притом не потому только, что свет не схватить так, как оконное стекло или водяную массу,  но потому, что это прозрачное, стекло, вода, и всё им подобное, предполагает ведь ещё и свет. Только на свету [всё] подобное прозрачно и позволяет что-то видеть через себя насквозь. Видимость (Sicht) вообще и, тем самым, такая видимость-насквозь (Durchsicht), становится возможной только через (durch) свет [=его посредством]. Свет тоже прозрачен, но в более сильном смысле: как нечто собственно, в первую очередь, прозрачное. Мы видим двойное [движение]: только свет пропускает предмет ко взгляду как нечто видимое и даёт смотрящему взгляду пройти сквозь [себя] к предмету, который [можно] усмотреть. Свет--это пропускающее-сквозь; видимость (видимое [в первую очередь]), просторность, открывание открытого [как такового].  Тем самым мы определили, собственно, существо света: он даёт возможность вещам показаться взгляду, предложить некий вид вИдению, понимаемому более узко--как восприятие посредством чувства зрения.

<...>

Наш путеводный вопрос: какова связь между идеей и светом? Почему [у Платона] свет является символом идей? Мы только что попытались прояснить как существо идеи, так и существо света. Что это нам даёт для определения связи между ними?

То, что мы выделили как существо света, [а именно] прозрачность, как раз и является основной функцией идеи. Существо [или, сущность] света—пропускание-сквозь (для зрения). Если подразумевается, как в иносказании [Платона],  свет  в переносном [смысле] (равно как и прозрачность--света и оконнного стекла),  соответственно вИдение (в обычном смысле: "я вижу книгу") в переносном смысле означает: вИдение сущего ([как, напр.,] книги, стола, дома). Зримым в идее--и в качестве неё--является, если отвлечься от иносказания, бытие (=чтойность и в-качестве-чегойность) сущего. "Ιδεα" подразумевает увиденное наперёд,--наперёд воспринятное,--и сквозь [себя] пропускающее сущее, как истолкование [его] "бытия". Ιδεα позволяет нам увидеть то, чем сущее является [=в качестве чего оно есть] (т.е.--его бытие); позволяет сущему через--и как бы сквозь--это [наперёд увиденное] подойти к нам. Видим мы только исходя из бытия: проходя через понимание того, чем в каждом случае нечто единичное является. Сквозь и через чтойность сущее кажет себя нам в качестве того-то и того-то. Только там, где понято бытие, чтойность, сущность (или существо) вещи, имеется доступ ( Durchlaß) к сущему. Бытие, идея--это то, что пропускает-сквозь (das Durchlassende): свет. В своей основе существо света то же, что существо идеи.

Итак, связь между светом и идеей ясна. Мы видим какое-нибудь сущее-в-качестве-книги (Buch-seiende), только если понимаем смысл его бытия в свете чтойности, "идеи",--то, что увидено через идею. Мы начинаем догадываться [теперь], почему в иносказании [Платона] в отношении (Verhalten) человека к сущему с самого начала участвуют свет и огонь. Потому, конечно, и мы  говорим: "меня осенило" (mir geht ein Licht auf). При этом мы не имеем в виду, что впервые что-то узнали, но как раз напротив—что нечто, с чем мы уже давно знакомы, мы в собственном [смысле] узнаём—как то, что оно есть. 

<...>

 Идеи, поэтому--не какие-то наличные, запрятанные где-то объекты, которые посредством какого-нибудь фокус-покуса можно было бы извлечь [на свет]. Но столь же мало [оснований считать] их чем-то, что носят с собой субъекты,--чем-то субъективным в том смысле, что они произведены  и придуманы субъектами (людьми, как мы их знаем в этом [качестве]).   Идеи—не вещи, [что-то] объективное, но и не [что-то] лишь придуманное,  субъективное. Чем они являются, как существуют, даже "существуют" ("sind") ли они вообще --это по сей день не решено. <...> Ввиду этого совершенно запутанного положения, [сложившегося] в центральнейшем  [для всей] вообще философии вопросе, наиболее философски ценным и подлинным шагом [вперёд] по сей день всё ещё является водружение идей в качестве творческих мыслей абсолютного духа, говоря по-христиански--Бога, напр. Августином. Это, разумеется, не какое-то философское решение,  а устранение проблемы; но устранение, движимое неким подлинно философским побуждением, которое в большой философии снова и снова даёт о себе знать, в последний раз--с большим размахом у Гегеля. 

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 29 comments